Юстас Палецкис
Жизнь
Путешествия

Путешествие в детство и юность

Эта книга принадлежит перу литовского поэта и публициста Юстаса Палецкиса — видного общественного и государственного деятеля, Героя Социалистического Труда. Сын кузнеца, в юности печатник и плотник, затем учитель и журналист в буржуазной Литве, Палецкис приходит в ряды революционных борцов за дело народа. В течение почти 30 лет он являлся председателем Президиума Верховного Совета Литовской СССР и заместителем Председателя Президиума Верховного Совета СССР. Самые волнующие события этой большой жизни, встречи с руководителями партии и правительства, деятелями литературы и искусства, впечатления от поездок более чем в 50 стран всех континентов ярко показаны автором на широком историческом фоне.

ПОЕЗДКА В БУДУЩЕЕ

Теперь я думал о том, как много лет революционной борьбы и жертв потребовалось, чтобы изменить название «Российская империя» на «Российскую республику». Потребовались годы борьбы, годы гражданской войны, чтобы.по­сле Великой Октябрьской социалистической революции ут­вердились государственные образования нового типа — Рос­сийская Федерация, Советская Украина, Советская Белорус­сия, Закавказская Федерация. Преобразование их в новр#, объединенное государство — Союз Советских Социалистиче­ских Республик — произошло  по  идее   Ленина, понятой и поддержанной всеми народами Советской страны. Здесь,, в Советском Союзе, я почувствовал огромное принципиальное, значение этого преобразования, обеспечивающего свободу ш равенство всех советских народов, независимо от их вели­чины и степени развития.

На сессии ЦИК обсуждались те же вопросы, что и во ВЦИК, но в масштабах всего Советского Союза. И здесь каж­дый доклад, каждое выступление свидетельствовали о тру­довых подвигах советского народа. Действительно, достиже­ния в индустриализации страны были колоссальны. Доля Советского Союза в мировой промышленной продукции в1928 году составляла 4,7 процента, теперь же, всего четыре года спустя, она возросла до 14,9 процента! Советский Союз занял по промышленному производству второе место в мирепосле Соединенных  Штатов,   обогнав   Англию,   Германию,

Францию.

Говоря лаконично, можно сказать: все, что я услышал насессиях ВЦИК и ЦИК, было величественным гимном в честь достижений первой пятилетки и клятвой выполнить даль­нейшие планы, которые вырабатывала партия.

Другим лейтмотивом звучал призыв крепить единство ря­дов партии, единство народа как важнейшую гарантию дальнейших побед и защиты достижений  от  враждебных  сил, окружающих страну социализма. Ведь это было  время, ко­гда на Востоке японские империалисты совершили агрессию против Китая и грозили Советскому Союзу, а на Западе, в Германии, готовился захватить власть ГитлерИнтересным был прием для работников советской и ино­странной печати в бывшем особняке миллионера Морозова, на который меня пригласил К. Уманский. Здесь я познако­мился с М. М. Литвиновым, заведующим иностранным отде­лом «Известий» Раевским и директором второго МХАТа ар­тистом И. Н. Берсеневым. Некоторые собеседники интересо­вались моими впечатлениями.

— Если ликвидировать  недостатки в  снабжении продо­вольствием, объективные иностранцы ничего плохого не могли бы сказать о Советском Союзе. А свои достижения ипо. ложительные стороны вы хорошо умеете показать,— ска­зал я.

— Каждый видит то, что хочет увидеть,— услышал я в ответ.— Если иностранец будет искать плохое, то всегда су­меет найти, если бы и все было в полнейшем порядке. Те­перь у вас доказывают, что во времена нэпа всего было вдо­воль. А тогда у вас тоже писали о недостатках и голоде, как И".теперь. Все хотят уверить, что дореволюционная Россия былараем. А ведь в старой России какихнибудь пять про­центов — аристократия, крупная буржуазия, помещики — жили райской жизнью, около двадцати процентов населе­ния — зажиточно, а семьдесят пять процентов терпели нуж­ду, почти голодали. Теперь наша цель, чтобы все сто процен­тов жили почеловечески. Если прежде считали нормальным положение, когда лишь двадцать пять процентов населения жили обеспеченно, то для нас это не решение проблемы...

Здесь я подумал, что до революции, вероятно, мало кого из иностранцев заботила жизнь трудового народа. А теперь чуть ли не каждый из приезжих проявляет величайший инте­рес к жизни трудящихся — рабочих и крестьян. Конечно, этот интерес вызывался отнюдь не заботой о благе советских тружеников. Взвешивая каждый грамм продовольствия, по­лучаемого рабочим или служащим, подсчитав каждый рубль зарплаты и цены на рынках, корреспонденты реакци­онных газет и антисоветские экономисты пытались по этим данным дать угодный своим хозяевам ответ на заветный во­прос : долго ли продержится Советская власть?

Концерты Дварионаса были запланированы и в Ленин­граде. На поезде «Красная стрела» отправились в этот город. После суматошной, торопящейся Москвы нам Ленинград по­казался спокойным, величавым.

В Ленинграде мы побывали в Эрмитаже, в Музее Револю­ции, который тогда занимал часть Зимнего дворца, осмотре­ли «особую кладовую» с замечательными скифскими золо­тыми кладами и другими ценностями.