Юстас Палецкис
Жизнь
Путешествия

Путешествие в детство и юность

Эта книга принадлежит перу литовского поэта и публициста Юстаса Палецкиса — видного общественного и государственного деятеля, Героя Социалистического Труда. Сын кузнеца, в юности печатник и плотник, затем учитель и журналист в буржуазной Литве, Палецкис приходит в ряды революционных борцов за дело народа. В течение почти 30 лет он являлся председателем Президиума Верховного Совета Литовской СССР и заместителем Председателя Президиума Верховного Совета СССР. Самые волнующие события этой большой жизни, встречи с руководителями партии и правительства, деятелями литературы и искусства, впечатления от поездок более чем в 50 стран всех континентов ярко показаны автором на широком историческом фоне.

ДО ПОЛНОЙ ПОБЕДЫ

Какую упорную и крова­вую борьбу пришлось выдержать, чтобы дождаться часа разгрома врага и вот так спокойно ехать по дорогам Во­сточной Пруссии.

Нельзя было не вспомнить о судьбах Восточной Пруссии, земли, которую в прошлом населяли литовские, славянские племена. Здесь жили древние пруссы, первые из литовских племен подвергшиеся нашествию немецких псоврыцарей и первыми порабощенные ими, несмотря на отчаянное сопро­тивление и многочисленные восстания. Литовский народ глубоко чтит память Геркуса Мантаса, который во второй половине XIII века руководил восстанием пруссов, продолжавшимся 14 лет. Германские агрессоры жестоко подавили Еосстание и повесили Геркуса Мантаса. Впоследствии пруссы были уничтожены или онемечены. От них остались как па­мять только название Пруссии и немногие образцы пись­менности.

Однако долго еще восточную часть Пруссии населяли за­падные литовцы. Отсюда берет начало и литовская письмен­ность, здесь же зародилась литовская литература. В Восточ­ной Пруссии, в деревне Толминкемис, родился, жил и работал Кристпонас Донелайтис, создавший в середине XVIII века замечательную поэму «Времена года».

Вспомнил я и свое первое путешествие по Восточной Прус­сии в 1928 году. Тогда я еще встречал стариков, говоривших политовски. Множество местностей, рек, озер также сохра­нило свои литовские названия, хотя и с немецкими оконча­ниями.

Только что прошумела по этим дорогам грозная буря войны. Ее следы виднеются повсюду. Пепелища, развалины, опусгевшие дома... Вдоль дороги бродят стада коров, остав­шихся без хозяев. Некому за ними ухаживать, некому по­доить.

Громыхают военные машины. Встречаются местные жи­тели, плетущиеся обратно, к своим домам с жалкими пожит­ками на ручных тележках, тачках, на велосипедах. Блу­ждают детишки, потерявшие родителей, плачут матери в поисках своих детей. А другие группы шагают весело, распе­вая знакомые песни. Это возвращаются домой советские де­вушки и парни, которых гитлеровцы угоняли на работу в Германию.

Прибываем в Кенигсберг (ныне Калининград). Помню главный город Восточной Пруссии из поездки в 1939 году — большой, солидный, напоминавший мне Ригу, Теперь мы нашли лишь место, на котором стоял Кенигсберг. Были улицы, но не было домов. Сплошные развалины, лишь на окраинах коегде остались особняки и виллы. В цент­ре города — полуразрушенный замок. Перед замком — статуя «Железного канцлера» Бисмарка с простреленной щекой.

Осмотрели форты старой кенигсбергской крепости, хо­дили по улицам этого бывшего города. Коегде встречались гражданские жителинемцы, но лишь женщины и старшей. Я заговорил с несколькими женщинами, подметавшими очи­щенную от развалин улицу.

Мы не хотели войны, Геббельс нас всех обманул,— в один голос утверждали немки.— Пусть будет проклят Геб­бельс! Это он виноват в нашем горе и нужде.

Да вы только месяцдругой узнали понастоящему, что значит война и разрушения,— сказал я.— А наши люди терпели несколько лет вторжение фашистских войск.

Переночевав в одном из предместий Кенигсберга, где в целости сохранились небольшие жилые дома, поехали в быв­ший военный порт Пиллау (ныне Балтийск). По дороге — на­стоящие кладбища техники, множество разбитых немецких автомашин, орудий, повозок... Их бросили отступающие гит­леровцы. На стенах морской крепости в Пиллау намалеваны надписи на немецком языке: «Мы держимся и верим — Гитлер нас спасет». В море плавали трупы гитлеровцев.

На обратном пути мы встретились с командующим ар­мией генералом К. Н. Галицким. Он пригласил нас заехать в свой штаб. Там гостило несколько известных литовских скульпторов — Юозас Микенас, Пятрас Вайвада и Раполас Якимавичюс. Оказывается, у военного командования воз­никла мысль воздвигнуть в Кенигсберге памятник в ознаме­нование взятия этой восточнопрусской цитадели. Литовских скульпторов пригласили принять участие в создании скульп­турных групп для мемориального ансамбля.