Юстас Палецкис
Жизнь
Путешествия

Путешествие в детство и юность

Эта книга принадлежит перу литовского поэта и публициста Юстаса Палецкиса — видного общественного и государственного деятеля, Героя Социалистического Труда. Сын кузнеца, в юности печатник и плотник, затем учитель и журналист в буржуазной Литве, Палецкис приходит в ряды революционных борцов за дело народа. В течение почти 30 лет он являлся председателем Президиума Верховного Совета Литовской СССР и заместителем Председателя Президиума Верховного Совета СССР. Самые волнующие события этой большой жизни, встречи с руководителями партии и правительства, деятелями литературы и искусства, впечатления от поездок более чем в 50 стран всех континентов ярко показаны автором на широком историческом фоне.

ПОСЛЕ ОККУПАЦИИ — ВЛАСТЬ СОВЕТОВ

С большим интересом пленные товарищи слушали мои рассказы о событиях в мире, вычитанных из газет. Прежде всего интересовали события в России. Однако трудно было разобраться в противоречивых сведениях о происходящей там непрерывной борьбе. Газеты сообщали о частых пере

менах в составе Временного правительства, о какихто гене­ральских заговорах, о создании директории во главе с Ке­ренским, который стал и верховным главнокомандующим. Все чаще упоминались большевики, которые призывали к свержению правительства и к немедленному заключению мира. А все, что касалось мира, особенно остро воспринима­лось пленными.

—        Как там большевики? Что слышно о Ленине, о ми­
ре? — все чаще спрашивали товарищи, когда я по утрам
приходил на работу.

Пленные, для отличия от гражданских, носили кителя с продольной белой полосой на спине. У некоторых вместо од­ной полосы была и поперечная, в виде креста. Это означало, что пленный совершал попытки к бегству. Среди «крестонос­цев» был Андрей Винокуров, с которым мы както быстро подружились. Хотя Андрей дважды бежал из плена и оба раза был пойман, однако теперь он, как видно, вошел в до­верие и часто ходил один, без охраны, выполняя разные ра­боты по поручению железнодорожников. Заделывать брешь в стене станции отрядили нас обоих. Я обрадовался, ибо Ви­нокуров был опытным плотником. Тем более что здание станции оказалось бревенчатым срубом. С такими построй­ками я совсем не был знаком, а он, крестьянин из Смолен­щины, срубил немало изб.

Так жили мы, исстрадавшиеся подневольные рабочие и русские пленные, в то время, когда в России свершилась Ве­ликая Октябрьская революция и на весь мир прозвучало имя Ленина, вождя победоносного пролетариата. Об этом событии, повернувшем судьбы всего человечества, я узнал прежде всего из искаженных сведений в немецких газетах. Окружавшим нас немцам, которые совсем не разбирались в делах России и в российских партиях, эти события представ­лялись в самом превратном виде.

—        Что это за армия большевиков, которая заняла Петро­
град? Кто такой генерал Ленин? — спрашивал станционный
прораб Лутман.

Большевики казались ему особым родом войск, не то вроде казаков, не то вроде черкесов.

Дело прояснилось, когда я получил латышские и литов­ские газеты и мог поделиться этими сведениями с Андреем. Он сразу сделал первый вывод, что новая революция в Рос­сии, несомненно, приблизит конец войны. Радостное возбуж­дение царило среди  пленных товарищей,  когда я встрети их, идущих из лагеря на работу. А с каким интересом обсу­ждали мы с Андреем скудные строки известий, в которых сообщалось об исторических декретах о мире, о земле! Но нелегко было следить за ходом событий. Газеты сообщали то о решениях Советского правительства, то о его свержении. Пророчества о том, что большевики долго не продержатся у власти, печатались чуть ли не в каждом номере.

И вдруг, среди хаоса этих противоречивых новостей, уз­наем о начале переговоров Советской России с Германией в БрестЛитовске, затем о перемирии. Обнимаемся, целуемся с Андреем. Шумно радуются его товарищи, пленные, улыба­ются и охраняющие их ландштурмисты.

Вскоре пришли ошеломляющие газетные сообщения. Па­радоксальное заявление Троцкого «ни война, ни мир» вызы­вало недоумение, а вслед за тем грянули потрясшие всех события: перемирие сорвано, германские войска начали на­ступление, захватывая новые территории России. Без вся­кого сопротивления немцы занимали все новые города в Лифляндии, Эстонии, Белоруссии, на Украине. Была ликви­дирована и Советская власть, созданная в северной части Латвии во главе с Исполнительным комитетом объединен­ных Советов Латвии (Исколат). Казалось, что пришел конец и революции, и России. Опять строже и требовательнее ста­ли наши немецкие господа.

Но вот в газетах начали появляться сообщения о Красной гвардии, затем о Красной Армии. Эта новая революционная сила заняла место деморализованной и демобилизованной старой армии. Мы тогда и не знали о февральских боях 1918 года под Псковом, где Красная Армия оказала неожи­данное для немцев сопротивление, и они были вынуждены остановиться и вновь сесть за стол мирных переговоров в БрестЛитовске.