Юстас Палецкис
Жизнь
Путешествия

Путешествие в детство и юность

Эта книга принадлежит перу литовского поэта и публициста Юстаса Палецкиса — видного общественного и государственного деятеля, Героя Социалистического Труда. Сын кузнеца, в юности печатник и плотник, затем учитель и журналист в буржуазной Литве, Палецкис приходит в ряды революционных борцов за дело народа. В течение почти 30 лет он являлся председателем Президиума Верховного Совета Литовской СССР и заместителем Председателя Президиума Верховного Совета СССР. Самые волнующие события этой большой жизни, встречи с руководителями партии и правительства, деятелями литературы и искусства, впечатления от поездок более чем в 50 стран всех континентов ярко показаны автором на широком историческом фоне.

К НАРОДНОМУ ФРОНТУ

Массы рабочих, студентов, интеллигенции де­монстрировали против польского империализма и требовали смены правительства. Полиция разгоняла демонстрации сле­зоточивыми бомбами, «бананами». Не только правитель­ство, но и руководство хадеков и ляудининков призывало воздерживаться от массовых выступлений, ссылаясь на то, что они могут повредить государству.

ЦК КП Литвы и комсомол призывали народ стоять на страже свободы и безопасности страны, бороться за прави­тельство, которое представляло бы все слои народа, защища­ло бы независимость Литвы и демократические свободы.

Видя, что не только оппозиция требует смены правитель­ства, но и усиливается недовольство среди сторонников вла­сти, фашистские заправилы прибегли к маневру. Вместо свояка Тубялиса, который стал министром земледелия, Сме­тона назначил премьером близкого друга, ксендза В. Миронаса. Новый премьер, в прошлом поклонник русского царя и германского кайзера, был известен своими симпатиями к польской реакции. Близкий родственник Сметоны генерал С. Раштикис стал министром обороны и командующим армией.

Конечно, перетасовка нисколько не подняла престижа правительства в глазах народа, ибо политика не изменилась. Характерно, что один из первых обсужденных новым каби­нетом вопросов касался увеличения штатов полиции, как основной опоры фашистской власти.

Все активнее я стал сотрудничать в нелегальных антифа­шистских изданиях. Рукописи обычно передавал заходив­шей ко мне Мешкаускене, которая заботилась о печатании этих антифашистских изданий на ротаторе. Сторонник На­родного фронта Ю. Вайшнорас помогал организовать печата­ние и сам писал статьи,

Характерно, что в этой нелегальной деятельности прини­мала участие жена бывшего президента К. Гринюса. Иногда мы с Мешкаускене заходили к ним в гости. После чаепития Гринюс удалялся в свою комнату, а мы с его женой и Меш­каускене обсуждали вопросы антифашистской борьбы. Дело не ограничивалось разговорами, К. Гринювене забирала ма­териал и заботилась о его перепечатывании на машинке для нелегальных изданий.

В апреле 1938 года состоялась неожиданная встреча с известным русским писателем И. А. Буниным. Как лауреат Нобелевской премии, присужденной ему в 1933 году, он разъезжал по разным странам с выступлениями. Узнав, что Бунин прибывает в Каунас, мы, несколько журналистов, ре­шили проинтервьюировать его и поехали на пограничную станцию. Вскоре разыскали в берлинском поезде Бунина, который встретил нас весьма приветливо. Худощавый, сред­него роста, с морщинистым лицом, но осанистый и прямой, 88летний Бунин говорил зычным, твердым голосом и охот­но беседовал всю дорогу до Каунаса, главным образом о ли­тературе.

Говорил он о русских писателях в эмиграции, об их тяже­лых материальных лишениях и моральной угнетенности. О поэте Бальмонте, который бывал в Литве, Бунин расска­зывал, что он пережил психическое расстройство и хотя по­правился, но стал угрюмым, нелюдимым. Бунин упомянул, что он в свое время хорошо знал литовца Балтрушайтиса как очень благородного человека, способного поэта, лишен­ного всякой театральности. Из эмигрантских писателей он выше всех ставил М. Алданова, но хвалил и Д. Мережков­ского. Говоря о советских писателях, Бунин положительно отзывался об Алексее Толстом, особенно превознося его ро­ман «Петр Первый».

Охотно и с присущим ему юмором Бунин описывал цере­монию вручения Нобелевской премии — как король Швеции под руку ввел его в зал, как вручали премию, как после этого его осаждали разного рода просьбами эмигрантские организации, всяческие прожектеры, частные просители. Го­воря  вообще о присуждении Нобелевских премий, он при­знал, что далеко не всегда комитет этих премий руководст­вуется истинными заслугами, часто довлеют политические соображения. Так, второстепенной итальянской писатель­нице Грации Деледда премия была присуждена по настоя­нию Муссолини. (Литовский журнал «Культура» после при­суждения Бунину Нобелевской премии писал, что это сде­лано не без политической подоплеки, ибо наиболее достой­ным премии из русских писателей, несомненно, был Максим Горький.)

Бунин немало рассказывал о недавно умершем Ф. И. Ша­ляпине, который незадолго до смерти глубоко тосковал по родине.