Юстас Палецкис
Жизнь
Путешествия

Путешествие в детство и юность

Эта книга принадлежит перу литовского поэта и публициста Юстаса Палецкиса — видного общественного и государственного деятеля, Героя Социалистического Труда. Сын кузнеца, в юности печатник и плотник, затем учитель и журналист в буржуазной Литве, Палецкис приходит в ряды революционных борцов за дело народа. В течение почти 30 лет он являлся председателем Президиума Верховного Совета Литовской СССР и заместителем Председателя Президиума Верховного Совета СССР. Самые волнующие события этой большой жизни, встречи с руководителями партии и правительства, деятелями литературы и искусства, впечатления от поездок более чем в 50 стран всех континентов ярко показаны автором на широком историческом фоне.

ГРАНИЦЫ РУШАТСЯ, СТОЛИЦА ВОЗВРАЩАЕТСЯ

И  выражать благодарность надо не так называемому «вождю народа», этому фашистскому диктатору, а государству трудящихся — Советскому Союзу — через его полпредство.

Не успел я закончить свою короткую речь, как рабочие подхватили меня на руки и стали подбрасывать в воздух с криками «вале!» («ура!»). Тут же большая группа рабочих решила идти к советскому полпредству. Но и сквер, и при­легавшая к нему улица были запружены людьми. У ворот началась настоящая давка. Толпа, уже повернувшая к пре­зидентскому дворцу, вынесла нас из ворот и повлекла за собой вправо, по улице Донелайтиса, а мы хотели свернуть налево...

Что делать?

—        Товарищи! Пойдем к Сметоне и скажем ему правду
в глаза! — эта мысль мгновенно мелькнула у меня в голо­
ве, и я высказал ее рабочим. Они поддержали мое предло­
жение.

И вот наша группа вместе со всеми двинулась в старый город, к президентскому дворцу. Подходили новые люди, главным образом молодежь. Помню рабочегоцинкографа Ю. Антанавичюса — он все время шел рядом со мной. Наст­роение у всех было приподнятое. По дороге встречались знакомые и с некоторым удивлением смотрели, как я, заяд­лый оппозиционер, шагаю с этой пестрой толпой «приветст­вовать  Сметону».

Вот уже и ограда президентского дворца. Демонстранты, не останавливаясь, проходили мимо балкона, на котором стоял Сметона со своими министрами. Немного замедляли шаг только под самым балконом,  чтобы крикнуть «вале!».

Так прошли и те, кто был перед нами,— они несли какието знамена. Приблизившись к балкону, мы остановились. Остановились и колонны, шедшие за нами.

—        Господин президент!..— обратился я к Сметоне.

Не помню дословно, что я говорил,— очень уж волно­вался. Запомнилось лишь главное: в свободный Вильнюс должна прийти свободная Литва, а вам пора убираться.

При слове «убираться» Сметона повернулся и ушел с балкона — убрался!

Я еще не закончил, а ко мне уже приближался комен­дант Каунаса полковник Бобялис. Он протянул руку, чтобы схватить меня, но тут вмешался стоявший на балконе ми­нистр внутренних дел Скучас. Не желая вызвать стычки пе­ред дворцом президента, он приказал не трогать  меня. Комендант удалился. Тогда я вынул  из  кармана   программу создания Свободной Трудовой Литвы и заявил:

—        До сих пор вам вручали ультиматумы иностранные го­
сударства, а теперь мы предъявляем ультиматум от имени
литовского народа.

Подошел к оторопевшему коменданту Бобял::су и потре­бовал передать документ Сметоне.

Бобялис принял декларацию и погрозил мне пальцем:

Ну, смотри, Палецкис, за такие штучки не поздоро­вится...

А теперь пойдем к советскому полпредству, переда­дим благодарность тем, кто вернул нам Вильнюс,— послы­шались голоса в нашей группе, и мы направились к аллее Лайсвес.

По дороге наша группа все росла, привлекая внимание прохожих. Полпредство размещалось у подножия горы Витаутаса. Я позвонил. Служащая, посмотрев в «глазок», узна­ла меня и открыла дверь. Вошли несколько человек, в том числе и Антанавичюс. Снова я встретился с Молочковым. Объяснив, что на этот раз мы пришли от имени рабочих, ко­торые благодарят Советский Союз за Вильнюс, я хотел пе­редать копию врученного правительству ультиматума. Од­нако Молочков, поблагодарив нас, очень вежливо, но твер­до сказал, что никаких документов не примет, ибо это мо­жет быть расценено как вмешательство во внутренние дела Литвы.

Мы вышли из полпредства и рассказали ожидавшим на улице товарищам, что передали благодарность. Этим и за­кончилась  наша  демонстрация.

Вернувшись домой, пообедал, поделился впечатлениями с женой и детьми, а затем отправился в редакцию «Лайкас». Там я рассказал Гузявичюсу о демонстрации у президент­ского дворца и о посещении полпредства. Гузявичюс сооб­щил, что в 17 часов у советского полпредства компартия ор­ганизует большую демонстрацию.