Приятного прочтения!

АДДА

Встреча началась абсолютно традиционно. Две дочери хозяина  (им было около двадцати лет) торжественно «взяли прах от моих ног»-глубоко поклонившись кончиками пальцев дотронулись до моих щиколоток, а потом до своих голов. Когда же я сделал неуверенную попытку избежать таких знаков    уважения,    которых удостаиваются лишь старшие родственники и учителя, Суреш сказал:

— Так положено. Ведь вы их дядя. И я действительно сразу почувствовал    себя   здесь как дома.

Как только мы сели в плетеные кресла   в    «наружной» комнате, стали сходиться семьи трех братьев Cvреша   здешних учителей. Каждая из этих семей живет в собственном домике поблизости, чтобы вся    большая семья могла держаться вместе, как в старые    времена когда женатые сыновья еще не покидали своих родителей. Женщины сели, скрестив ноги, на широкой чарпаи дети убежали в сад - и вот уже полилась   оживленная адда, ввиду профессиональных интересов всех    присутствующих мужчин постоянно возвращавшаяся к вопросам образования, воспитания молодежи и культуры Все четыре брата преподают    бенгальскую    литературу    и сумма их знаний в этой области составила бы   внушительную энциклопедию. Человек, интересующийся бенгальской литературой, мог бы узнать здесь больше  чем из немалого количества книг и брошюр.

Более активно и живо, чем в других домах, включились в адду и женщины. Праотец Ману, давший индуистам кодекс их обязанностей и бесчисленные указания регулирующие их общественные и семейные отношения' вряд ли порадовался бы такому поведению. Они непринужденно смеялись, и говорили, без стеснения обращались к обоим чужим мужчинам и спрашивали их о вещах, которые, согласно традиции, должны были бы служить темой исключительно мужских разговоров Одна из них несколько дней назад даже приняла участие в проходившей на Майдане стотысячной демонстрации калькуттских женщин, которые выступили в поддержку бенгальского правительства, борющегося против неравноправной оплаты женского труда и дискриминации женщин в ряде профессий. Она рассказывала об этом с воодушевлением и ничем не напоминала миллионы индусок, некогда покорно таившихся в дальних уголках дома, где на них ни один мужчина, кроме ближайших родственников, не смел взглянуть и краешком глаза.

Мы пили чай, щелкали орешки и семечки, съели немалое количество творожного печенья сандеш и говорили обо всем, что приходило в голову. Пожалуй, так можно сидеть, говорить и слушать хоть целый день. Но время неумолимо летело, и пришла пора прощаться. Дочери снова подоспели с пранамом, наиучтивейшим приветствием — касанием ног гостя; сложенные руки прикоснулись ко лбам, и все мы принялись заверять друг друга, что это не последняя встреча:

— Абар декха хобе! И напишите, как вы долетели домой.

Когда я расставался с ними, прощание относилось не только к гостеприимным хозяевам этого дома, но и ко всей Калькутте с ее аддой, которая была одной из приятнейших страниц моего пребывания.

 

О книге:

Известный чехословацкий индолог Душан Збавитель в 1979 г. по приглашению правительства Индии посетил штат Западная Бенгалия для получения почетной премии Р.Тагора. Автор живо и достоверно воссоздал атмосферу "жаркого" лета 1979 г., ставшего "одним из ключевых моментов в истории Индии".