Юстас Палецкис
Жизнь
Путешествия

Путешествие в детство и юность

Эта книга принадлежит перу литовского поэта и публициста Юстаса Палецкиса — видного общественного и государственного деятеля, Героя Социалистического Труда. Сын кузнеца, в юности печатник и плотник, затем учитель и журналист в буржуазной Литве, Палецкис приходит в ряды революционных борцов за дело народа. В течение почти 30 лет он являлся председателем Президиума Верховного Совета Литовской СССР и заместителем Председателя Президиума Верховного Совета СССР. Самые волнующие события этой большой жизни, встречи с руководителями партии и правительства, деятелями литературы и искусства, впечатления от поездок более чем в 50 стран всех континентов ярко показаны автором на широком историческом фоне.

ГРОМ ВОЙНЫ, ВИХРИ РЕВОЛЮЦИИ

по какому пути идти? В результате своих колебаний я написал три за­явления о выходе из тех партийных организаций, членом которых стал в то мартовское воскресенье...

Вскоре меня увлекла деятельность литовского театраль­нопевческого общества «Рута». На общем собрании из пре­ний выяснилось, что правление этого недавно созданного об­щества не проявляет активности, касса пуста, а долгов наде­лано много... Одна знакомая назвала мою фамилию в числе кандидатов в новое правление. Неожиданно я оказался из­бранным, а при распределении должностей меня назначили казначеем общества, стоявшего на грани банкротства.

Как живы воспоминания об этих месяцах! Чтобы вылез­ти из долгов, мы стали почти каждую субботу, а иногда и по два раза в неделю устраивать вечера со спектаклями и тан­цами. Почти ежедневно репетировали: то готовили пьесы, то разучивали песни. Мне пришлось стать и актером, и ре­жиссером, и организатором спектаклей, заботиться, о деко­рациях, о костюмах. Начал петь и в хоре, которым руково­дил К. Йовайшас, носивший военную форму с погонами фельдфебеля.

Ставили мы несложные, чаще всего одноактные драмы, комедии, водевили, больше переводные, ибо литовских пьес было мало. Почти в каждой пьесе приходилось какуюни­будь роль играть мне. Иногда весь вечер заполняли хорозые и другие вокальные номера, декламации. Йовайшас пробо­вал мои силы в сольном пении, но скоро убедился, что со­лист из меня не получится,

— Лучше быть хорошим хористом, чем плохим соли­стом,— утешал он меня.

Не вышло из меня и декламатора. Однажды я ре­шил разучить популярное стихотворение поэта Вайчайтиса. Много раз повторял стихотворение, и казалось, что знаю его


твердо. С большим волнением вышел на сцену и начал де­кламировать. Удачно прочел первые четыре строчки, на втором четверостишии стал запинаться, а дальше провал — все забыл, не могу произнести ни слова. Снисходительная публика зааплодировала, видя мое затруднение, а я, покрас­нев, ушел со сцены.

Деятельность в «Руте» была для меня большой школой, привила вкус к активной общественной работе. Здесь я по­знакомился с многими людьми, о которых дотоле знал лишь из печати. Среди них был известный поэт Ю. Микуцкис — щеголеватый офицер в звании поручика.

Как представителю «Руты» мне иногда приходилось уча­ствовать в совещаниях литовских организаций. Там наибо­лее активными были военные, входившие в Союз воиновли­товцев 12й армии. Они издавали газету «Лайсвас жодис» («Свободное слово»).

На собраниях и в печати велись дискуссии о судьбах Литвы. Особенно они разгорелись в связи с сеймом, который собрался 27 мая 1917 года в Петрограде, ставшем во время войны центром литовской общественной жизни. В этом сен­ате участвовали представители литовских партий, действо­вавших на территории России.

За заседаниями сейма я следил по статьям и очеркам различных литовских газет, выходивших в Петрограде и Риге. Главный вопрос — будущее политическое устройство Литвы. В бесконечных спорах, которые продолжались не­сколько дней, выкристаллизовались два мнения. Большеви­ки и поддерживавшие их левые зсеры защищали лозунг ав­тономии в составе революционной России, а правые требо­вали отделения от России.

По поручению Литовского районного комитета Петро­градской организации большевиков В. Рекашюс на первом заседании сейма огласил декларацию, в которой разоблача­лась контрреволюционная сущность политики буржуазии и ее попытки говорить от имени народа. Заявив, что судьбу Литвы будет решать пролетариат, В. Рекашюс и большевик И. Красаускас покинули сейм. Однако некоторые больше­вики, не поняв сути разногласий, остались в сейме вместе с социалдемократами соглашательского толка, составлявши­ми левое крыло сейма.

Представители левых говорили о том, что литовская ре­акционная буржуазия стремится оторвать Литву от револю­ционной России, идущей к социализму, и закрепить за собой

право и возможность эксплуатировать трудящихся. Однако большинством е незначительным перевесом была принята резолюция правых партий.