Юстас Палецкис
Жизнь
Путешествия

Путешествие в детство и юность

Эта книга принадлежит перу литовского поэта и публициста Юстаса Палецкиса — видного общественного и государственного деятеля, Героя Социалистического Труда. Сын кузнеца, в юности печатник и плотник, затем учитель и журналист в буржуазной Литве, Палецкис приходит в ряды революционных борцов за дело народа. В течение почти 30 лет он являлся председателем Президиума Верховного Совета Литовской СССР и заместителем Председателя Президиума Верховного Совета СССР. Самые волнующие события этой большой жизни, встречи с руководителями партии и правительства, деятелями литературы и искусства, впечатления от поездок более чем в 50 стран всех континентов ярко показаны автором на широком историческом фоне.

РОДИНА ЗОВЕТ

Мобилизация в Литовскую диви­зию.Литовцы настроены побоево­му.Воины принимают присягу.— Литература и искусство служат Ро­дине.Саломея Нерис в Москве.Ратификация договора с Англией.— Вручение наград.—По делам эва­куированных.Оружием пропаган­ды.

Онечкус, уехавший в Моск­ву, прислал нам телеграмму: 18 декабря 1941 года Государ­ственным Комитетом Обороны принято решение о создании Литовской дивизии. Вскоре Снечкус и Гридин прибыли в Куйбышев. Было решено направить руководящих товарищей в военные округа для выявления военнообязанных, подле­жащих призыву.

28 декабря я летел из Куйбышева в Саратов как пред­ставитель ЦК и правительства Литвы по Приволжскому военному округу. Зима очень холодная, а я одет в легкое демисезонное пальтишко, которое успел захватить из Кау­наса, на ногах летние ботинки. Конечно, подумай вовремя, я мог бы приобрести зимнюю одежду, но както об этом не позаботился. У пассажиров холодного транспортного «Дуг­ласа», одетых в шубы и унты, мой вид вызывал удивление и сочувствие. В Саратов прилетел совсем окоченевший. С тру­дом добрался от аэродрома до трамвая. Председатель обл­исполкома Петров, увидев меня, воскликнул:

— Что с вами? На вас лица нет! Скорее горячего чаю!

Отогревшись, я пришел в себя и смог приступить к дело­вому разговору. Петров оказал мне всяческую помощь: обе­спечил номер в гостинице, выделил машину, связал со шта­бом Приволжского военного округа. Немедленно отправился туда, встретился с полковником В. С. Венским. Говоря о при


Вечером следующего дня прибыл командированный для помощи мне работник ЦК КП(б) Литвы А. Сименас. Он на­чал составлять списки находящихся на учете членов партии из Литвы. Чтобы убедиться, как проходит призыв, целый день мы ездили по военкоматам Саратова.  Сразу замети­ли важный  просчет. Оказывается, военкоматы  призывают только литовцев. А должны были призываться граждане Со­ветской Литвы независимо от национальности:   из Литвы эвакуировалось много русских, и евреев, и поляков, и граж­дан других национальностей, которые все подлежали при­зыву в Литовскую дивизию. Об этих недочетах я информи­ровал начальника мобилизационного  отдела Приволжского военного округа подполковника А. Д. Великанова и просил внести поправку в соответствующую   информацию, проект которой   мне  пришлось  написать.   Телеграфировал  также Снечкусу в Москву, чтобы обратить внимание и не допустить таких просчетов в других военных округах.

Новый, I942 Г°Д я встречал в одиночестве, в маленьком: номере гостиницы. Мой товарищ Сименас ушел кудато к знакомым. В преддверии Нового года раздумывал я о тра­гических событиях, которые принесла война. В большом де­кабрьском сражении под Москвой враг был разбит. Первое значительное поражение гитлеровцев в ходе второй мировой войны и блестящая победа Красной Армии принесли радость и надежду советским людям. Но гитлеровцы находились в глубине Советской страны, много усилий и жертв еще потре­буется чтобы изгнать их окончательно.

Далеко за фронтом под игом гитлеровской оккупации томилась родная Литва. Как много страданий пережить, как много жертв принести довелось литовскому народу, едва начавшему создавать новую жизнь... Надежную связь с Лит­вой наладить еще не удалось, оттуда поступали лишь отры­вочные сведения. Они^ свидетельствовали о безудержном тер­роре, о массовых убийствах, которые совершали гитлеровцы и их приспешники — предатели литовского народа.

Мысли переносились в Куйбышев, где осталась моя семья, переехавшая из Пензы. Жена на исходе девятого ме­сяца беременности, со дня на день ожидались роды. Когото подарит она в этот военный год? Я тревожился за нее — во время эвакуации при какомто переполохе в поезде она упала с верхней полки и сильно ушиблась. Не оставит ли это последствий? Засыпая под Новый год, я пожелал благопо­лучного исхода моей Геновайте и будущему ребенку.