Юстас Палецкис
Жизнь
Путешествия

Путешествие в детство и юность

Эта книга принадлежит перу литовского поэта и публициста Юстаса Палецкиса — видного общественного и государственного деятеля, Героя Социалистического Труда. Сын кузнеца, в юности печатник и плотник, затем учитель и журналист в буржуазной Литве, Палецкис приходит в ряды революционных борцов за дело народа. В течение почти 30 лет он являлся председателем Президиума Верховного Совета Литовской СССР и заместителем Председателя Президиума Верховного Совета СССР. Самые волнующие события этой большой жизни, встречи с руководителями партии и правительства, деятелями литературы и искусства, впечатления от поездок более чем в 50 стран всех континентов ярко показаны автором на широком историческом фоне.

К НАРОДНОМУ ФРОНТУ

Кстати, Шаляпин имел некоторое отношение к Литве. Его партнером в Мариинском театре был литовский певец тенор Кипрас Петраускас, с которым он был связан большой дружбой. Шаляпин несколько раз приезжал на гастроли в Каунас, где Кипрас Петраускас был одним из инициаторов создания Литовского оперного театра, открытого в 1920 году. (Долгие годы К. Петраускас выступал как ведущий певец, заслужив в советское время звание народного артиста СССР.) В последний раз Шаляпин гастролировал в Каунасе в 1934 году.

Во время беседы в поезде Бунин мало касался политиче­ских вопросов, но можно было понять, что он тогда пребы­вал под влиянием господствовавших в эмиграции антисовет­ских настроений. Как известно, впоследствии, в итоге уро­ков второй мировой войны, в которой Советский Союз сыграл решающую роль в разгроме фашизма, умонастроения Бу­нина претерпели значительные изменения.

Многие литовские интеллигенты, анализировавшие поли­тическое положение в мире и перспективы Литвы, прихо­дили к выводу, что нам по пути только с Советским Союзом.

Интересен рассказ, услышанный мною от Вайшнораса, о позиции, занятой профессором П. Леонасом. Когдато за­нимавший пост министра юстиции в одном из первых прави­тельств буржуазной Литвы, Леонас был адвокатом и профес­сором университета. Он пользовался большим авторитетом и, хотя стоял в стороне от всех партий, был принципиальным .противником фашистского режима. Вайшнорас зашел к Леонасу, чтобы выяснить его отношение к движению Народного фронта. В откровенной беседе Леонас высказал полное пони­мание и солидарность с идеями этого фронта.

— Литва неизбежно будет коммунистической,— заявил он.— Можно только пожалеть, что Литовская компартия недостаточно многочисленна, ибо ей придется выполнить большую работу и решать сложные задачи.

Не менее интересный процесс эволюции наблюдался у многих писателей, артистов, художников, ученых.

Вот В. КревеМицкявичюс, один из крупнейших писате­лей Литвы. Он не только сотрудничал раньше в идеологи­ческом органе таутининков «Вайрас», но даже был автором их политической программы. Однако, чем яростнее свиреп­ствовали фашисты, тем радикальнее становились взгляды писателя. Когда возникла идея издавать журнал прогрессив­ного направления «Литература», КревеМицкявичюс согла­сился стать его редактором. В этом журнале он сотрудничал с А. Венцловой, П. Цвиркой, К. Корсакасом, К. Борутой и другими прогрессивными писателями. «Литературу» цен­зура закрыла после выхода второго номера «за распростра­нение большевистских идей». КревеМицкявичюс был из­бран председателем литовскосоветского общества.

Большая эволюция произошла в политических взглядах юриста, впоследствии доктора исторических наук профес­сора П. Пакарклиса. Работник прокуратуры, он считался деятелем реакционной группы националистоввольдемарасовцев. Следя за развитием событий и думая о будущем Литвы, Пакарклис пришел к выводу, что буржуазнофашист­ский режим ведет народ к гибели. И он, совершив крутой поворот, тоже избрал путь борьбы с фашизмом. Впоследст­вии П. Пакарклис стал министром юстиции Советской Литвы.

Не могу забыть и один разговор с редактором «Яунакас зиняс» Беньямином в Риге в том же 1938 году. Кроме меня он пригласил на обед своего тестя, бывшего посла Латвии в СССР К. Озолса. Зная о моих поездках в Советский Союз, отставной дипломат интересовался впечатлениями о тамош­ней жизни. Из реплик и замечаний сразу стала ясна его не­дружелюбная позиция по отношению к Советской стране. Но даже такой человек не смог удержаться от признаний, не отвечавших антисоветским настроениям. В памяти оста­лись два эпизода из его рассказов о Москве и большевиках. Это его отзыв о наркоме А. Д. Цюрупе,   который   удивлял своей скромностью, невзыскательностью и не приходил на дипломатические приемы, откровенно ссылаясь на отсутст­вие приличного костюма. Второй — это рассказ со слов эстонского буржуазного политика Поска, свидетельствовав­ший о безграничной верности большевиков своим идеям.

«Во время боев эстонцы взяли в плен 24 красноармейца. Им пригрозили расстрелом, если они не сообщат о составе и расположении своих частей и не выдадут других необходи­мых сведений. Красноармейцы наотрез отказались, не испу­гавшись никаких угроз. Их расстреляли, но побежденными чувствовали себя мы сами» — так звучал рассказ Поска, пе­реданный Озолсом.