Юстас Палецкис
Жизнь
Путешествия

Путешествие в детство и юность

Эта книга принадлежит перу литовского поэта и публициста Юстаса Палецкиса — видного общественного и государственного деятеля, Героя Социалистического Труда. Сын кузнеца, в юности печатник и плотник, затем учитель и журналист в буржуазной Литве, Палецкис приходит в ряды революционных борцов за дело народа. В течение почти 30 лет он являлся председателем Президиума Верховного Совета Литовской СССР и заместителем Председателя Президиума Верховного Совета СССР. Самые волнующие события этой большой жизни, встречи с руководителями партии и правительства, деятелями литературы и искусства, впечатления от поездок более чем в 50 стран всех континентов ярко показаны автором на широком историческом фоне.

ВОЗВРАЩЕНИЕ

2 0 июля. Вот .мы уже в Вильнюсе! По дороге видели развалины Минска, город почти полностью разрушен. В Молодечно тоже много разрушенных домов, а сегодня ночью гитлеровские самолеты бомбили вокзал. Сильно разрушена Сморгонь, вместо домов торчат трубы. Наконец у разрушен­ного местечка Медининкай мы переехали границу Совет­ской Литвы... Обнимали друг друга, поздравляя с возвра­щением на родную землю. Отсюда уже недалеко Вильнюс. Приехали туда поздно вечером. Первое впечатление жут­кое. С трудом пробирались через развалины. Кругом разру­шенные или сожженные дома. Остановились у здания, где раньше был городской комитет партии, но здание пустое. Ходят караульные. На стенах надпись: «Заминировано». Бродим по улицам. Вижу слезы, блестящие на глазах Ирены ЩтахельскойДзевицкой.

— Что эти изверги сделали с прекрасным Вильнюсом! — говорит она.

Снечкус и Гедвилас находятся в доме № 4 по улице •Магдалены (ныне ул. Янониса). Отсюда на фоне неба ви­ден силуэт традиционного символа Вильнюса — историче­ской башни Гедиминаса, над которой развевается знамя свободы. Но и башня пострадала — ее верхняя часть почти полностью снесена. Гора Гедиминаса и башня, возвышаю­щаяся над городом, были .последним очагом сопротивления гитлеровцев.

Товарищей Снечкуеа и Гедвиласа нашел озабоченными. Целая лавина вопросов и дел свалилась на них после воз­вращения в только что освобожденную полуразрушенную столицу. Одним из первых встреченных мною товарищей «с той стороны» был М. Шумаускас, Партизанский руко­водитель теперь стал во главе Вильнюсского горисполкома. Здесь же встретил другого руководителя партизан, Г. Зиманаса, который назначен заведующим отделом пропаганды Центрального Комитета. Товарищи говорили о трудностях,

связанных о полной разрухой в городском хозяйстве, бли­зостью  фронта.

Отрадно услышать, что в Вильнюсе остались профессора К. Белюкас и Ю. Балджюс, в своем родном селе скрыва­ется от гитлеровцев поэт Теофилис Тильвитис, о котором я часто думал. Но вообще в городе населения немного. Зна­чительная часть горожан с приближением фронта постара­лась уехать, скитается но селам и местечкам. Многие литов­цы уехали, терроризированные польскими националистами и легионерами из  Армии Крайовой.

Гитлеровцы проводили в Вильнюсе политику натравли­вания литовцев и поляков друг на друга. Сначала они под­держивали литовцевнационалистов. В последнее время, ввиду неповиновения литовцев, они стали заигрывать с поль­скими националистами, надеясь, что Армия Крайова всту­пит в конфликт с Красной Армией.

После долгой беседы и ужина вместе с Гедвиласом рас­положились в его кабинете. Я лег на матрац, положенный на полу. Таков был первый вечер после возвращения в Вильнюс.

21 июля. Сегодня 4я годовщина Советской Литвы. И встречаем ее в Вильнюсе! Не терпелось увидеть, как вы­глядит Вильнюс при свете дня. Ходил по улицам старого города, часто — через завалы, развалины. Во многих мес­тах в воздухе носился трупный запах. Дворники усердно расчищали тротуары, где только это возможно, от обломков, щебня, подметали улицы.. Хотя от многих домов остались лишь коробки, вся середина выгорела, всетаки город есть. Сохранились его основные здания. Высится передо мной ис­торическое здание с типичной для Вильнюса колоннадой в стиле классицизма. Это старая ратуша. Она стала широко известна благодаря картине художника Дамеля, который на фоне ратуши изобразил отступающую и замерзающую французскую армию Наполеона. Сумеет ли ктонибудь так же просто и ярко отобразить бегство из Вильнюса разбитой гитлеровской армии?

Затем по улице Гедиминаса (ныне проспект Ленина) я до­шел до моста через реку Нярис, который соединял центр го­рода с предместьем Жверинас. Теперь пролеты моста, взор­ванного гитлеровцами, лежат в реке. Лучшая вильнюсская гостиница «Жорж» (ныне гостиница «Вильнюс») стоит каменной коробкой с зияющими оконными глазницами. Все же на этой центральной улице довольно   хорошо   сохранилось несколько домов, вполне пригодных для размещения правительственных или партийных учреждений.

На улицах заговаривал со встречными, хотелось узнать, как себя чувствуют, что думают люди, которые перенесли гитлеровскую оккупацию. Говорили о зверствах гитлеров­цев о том как трудно было с продовольствием, о панике, котооая охватила немцев при приближении Красной Армии. Один двооник рассказывал, что он наблюдал гитлеровских солдат   г

 

online viagra