Юстас Палецкис
Жизнь
Путешествия

Путешествие в детство и юность

Эта книга принадлежит перу литовского поэта и публициста Юстаса Палецкиса — видного общественного и государственного деятеля, Героя Социалистического Труда. Сын кузнеца, в юности печатник и плотник, затем учитель и журналист в буржуазной Литве, Палецкис приходит в ряды революционных борцов за дело народа. В течение почти 30 лет он являлся председателем Президиума Верховного Совета Литовской СССР и заместителем Председателя Президиума Верховного Совета СССР. Самые волнующие события этой большой жизни, встречи с руководителями партии и правительства, деятелями литературы и искусства, впечатления от поездок более чем в 50 стран всех континентов ярко показаны автором на широком историческом фоне.

ЗДРАВСТВУЙ,   СОВЕТСКАЯ Л И Т В А! НАКАНУНЕ

«На Западе без перемен».Горь­кий вильнюсский мед.Вместо концлагеря высылка.«Госпо­да везде господа...» Где же вы­ход? Пушкин на цыганском язы­ке.Тревожные вести весны.Ша­кал антифашистской борьбы.Сме­тана бежит в Германию.

Пестрым, как мозаика, было начало 1940 года. На Западе шла «странная война». Фран­цузские и английские солдаты сидели в окопах, изредка об­мениваясь выстрелами с не трогавшими их немцами. Почти ежедневно газеты печатали столь хорошо знакомые старше­му поколению еще со времен первой мировой войны сообще­ния: «На Западе — без перемен».

Анекдотично звучали газетные сведения об «идеальных отношениях» противников в некоторых местах: на ничейной земле среди окопов французы и немцы иногда устраивали футбольные матчи... Зато французское правительство весьма активно боролось с коммунистами. Закрыта газета «Юманите», запрещены коммунистические организации, тысячи ком­мунистов заключены в тюрьмы.

Военный конфликт 1939—1940 годов между Финляндией и Советским Союзом вызвал на Западе сильную антисовет­скую кампанию. Казалось, что Франция и Англия воюют не против Германии, а против Советского Союза. Газеты писали о готовности послать на финский фронт против СССР фран­цузский корпус, о французской армии, руководимой генера­лом Вейганом, сосредоточенной на Ближнем Востоке и гото­вой к наступлению в направлении Баку.

Литва в то время переживала напряженный момент. Объ­явив о нейтралитете, правительство произвело частичную мобилизацию, но вскоре распустило призванных. Тысячи интернированных польских солдат и офицеров были разме


295


щены на курортах Паланга, Кулаутува и в других местно­стях.

Немецкая печать часто писала, что литовские власти слишком либеральны по отношению к интернированным по­лякам. Германский посол Цехлин стал цензором литовской печати и буквально делал выговоры министерству иностран­ных дел, если в газетах помещались неблагоприятные для Германии сведения. С другой стороны, посол Англии Пре­стон нередко выражал недовольство тем, что интернирован­ных поляков недостаточно заботливо опекают. Ему хотелось переправить как можно больше поляков во Францию, чтобы они там создали свои воинские части.

Интернированные доставляли немало хлопот,, а иногда и неприятностей. Вот один случай. Поселенные в Рокишкисе польские солдаты отказались переехать в отведенное им по­мещение в имении, в знак протеста вылили принесенную им на обед пищу. К ним присоединились офицеры. Они стали оскорблять литовских военнослужащих, бросать в них кам­нями, ломать заборы и стрелять из пистолетов. Когда вече­ром около 300 интернированных напали на охрану, их об­стреляли из пулеметов. Один был убит, двое ранены.

Что касается трудового литовского населения, то его жизнь непрерывно ухудшалась. Повысились цены на товары и продукты. Работы стало меньше, а заработки снижались. Расцвела спекуляция, дельцы наживались на бедствиях тру­дящихся.

Правительство освящало произвол и санкционировало террор против любого прогрессивного движения. Димитравский концентрационный лагерь был переполнен, а вскоое открылся второй лагерь в Пабраде. В тюрьмах и концлаге­рях устанавливался более строгий г режим. В своих воззва­ниях ЦК компартии и Союз народной помощи звали к про­тесту против «кровавого террора объединенной реакции — сметоновцев, ляудининков и хадеков, обращенного против всякой борьбы за свободу, работу и хлеб».

Недолгим был век «генеральского правительства». Чернюеа вскоре сменил Антанас Меркис. Несколько бесцветных фигур ляудининков и хадеков рядом с большинством таутининков должны были оправдать «консолидационную» выве­ску правительства.

 

. Загрузить видео для взрослых